Религия

Доступно о религии

Религия (от лат. religio — благочестие, набожность, святыня, предмет культа), мировоззрение и мироощущение, а также соответствующее поведение и специфические действия (культ), которые основываются на вере в существование (одного или нескольких) богов, «священного», т. е. той или иной разновидности сверхъестественного. По своему существу религия является одним из видов идеалистического мировоззрения, противостоящего научному.

УСЛОВНАЯ МОРАЛЬ И СОЦИАЛЬНЫЙ ИММОБИЛИЗМ
Страница 1

То же самое можно сказать о тех аспектах христианской морали, которые были кодифицированы церковью, превращены в суровые моральные нормы и в конце концов приобрели самостоятельную ценность. Состояние безбрачия (целибат, то есть полный отказ от половых отношений, в том числе и брачных, в соответствии с этими нормами) признавалось наиболее соответствующим задаче достижений совершенства. В центральной части павловского эпистолярного цикла вопрос этот поставлен совсем иным образом. Время бежит быстро, финальная развязка близка, «ибо проходит образ мира сего» (1 Коринф., 7:31). Перед лицом неизбежных испытаний предпочтительно, чтобы все были свободны от семейных уз, но это не «повеление господне» (1 Коринф., 7: 25–26). Если у кого есть жена, то «мужу не оставлять жены своей», у кого нет ее — «хорошо им оставаться, как я», следуя примеру апостола. Но если кто не может иначе, «пусть вступает в брак» — это лучше, «нежели разжигаться» (1 Коринф., 7:8 — 10). Родители пусть выдают своих дочерей замуж; но если они не делают этого, «хо-рошо поступают» (1 Коринф., 7: 37).

Подобные советы соответствуют, мы бы сказали, переходному времени. После длительного периода приспособления, когда ожидание «парусин», или второго пришествия Христа на землю, затянулось, от временньгх директив такого рода перейдут к жестким предписаниям целибата («девства»), которые до сих пор властвуют над столь значительной частью католического мира, особенно же над священниками и женщинами, которые в наибольшей мере испытывают на себе обратное действие этико-религиозной дискриминации нехристианских норм жизни, введенной христианами.

В посланиях Павла — отметим это обстоятельство — отказ от супружества диктуется не аскетическими оценками. В первом послании Тимофею прямо говорится (надо сказать, что одно это свидетельствует против единого авторства посланий Павла), что епископ, глава общины, должен быть женат, но только первым браком (Тим., 3:2)j это правило и по сей день действует в православной церкви.

В латинской церкви дела пошли совсем в ином направлении.

Не менее показательны ответы на другие запросы современников, в которых отражаются проблемы момента и внутреннее устройство различных общин того времени.

Возможно ли обращение в государственные суды? Может ли быть прощен член церкви, который запятнал себя особенно неприглядными проступками? И должен ли верующий или верующая, которых после обращения покинула супруга либо оставил супруг, воздерживаться от вступления в новый брак?

По всем этим пунктам мнение апостола бесспорно отрицательное.

Христиане, которые «будут судить мир», не должны обращаться к какой-либо внешней по отношению к церкви судебной власти, чтобы решать свои «маловажные дела житейские», поскольку «поставляют» своими судьями «ничего не значащих в церкви» (1 Коринф., 6;I — 4). Более серьезные нарушения автоматически исключают грешника из жизни общины, и нет этому исключенному возврата назад в общину (1 Коринф., 5: 11). Брак между верующими и неверующими может быть спокойно расторгнут (1 Коринф., 7: 15): это как раз тот случай развода, который позже войдет в канонический кодекс под названием «Павловой привилегии». Но ясно, что в посланиях Павла не ставилось никаких доктринальных вопросов: было только стремление найти решение казусам, которые возникали время от времени и всегда решались с точки зрения преходящего характера жизни на земле.

Был и другой большой вопрос о действительности или недействительности для христиан некоторых ритуальных Предписаний, унаследованных от иудаизма: обычай обрезания, который Павел решительно отвергает, смешанные браки между евреями и неевреями, которые мораль раввинов рассматривала как акт нарушения чистоты закона, и особенно — потребление в пищу посвященного «идолам» мяса, которое после посвящения идет в продажу на рынок.

В послании к галатам сурово осуждается Кифа, то есть Петр, поскольку по отношению к этим пищевым запретам он вел себя двойственно, «лицемерно» (Галат., 2:11–14). Этот мотив — отметим попутно — входит в складывавшуюся тогда враждебную главному представителю «двенадцати» традицию: даже в евангелиях Петр представлен как человек маловерный, робкий, способный отвергнуть мессию при первой опасности. Однако в другом месте эпистолярного цикла сам Павел советует примерно такое же приспособительное поведение: «…если пища соблазняет брата моего, не буду есть мяса вовек» (1 Коринф., 8: 13).

Страницы: 1 2 3

Другое по теме

Конфуций и конфуцианство
Все отмеченные особенности системы верований и культов в древнем Китае сыграли огромную роль в становлении основ традиционной китайской цивилизации: не мистика и метафизические абстракции, но строгий рационализм и конкретная го ...