В книге Платона “Государство” Сократ обращается к музам с вопросом о причинах гибели лучшего государственного строя — аристократического. “Музы произносят целую речь, в которой объясняют разрушение государства неспособностью его правителей установить путем рассуждения, основанного на ощущении, наилучшую пору совершения браков для рождения детей с хорошими природными задатками и со счастливой участью. Дети же, родившиеся от несвоевременно заключенных браков, не смогут достойно управлять аристократическим государством и погубят его. Музы говорят, что “решающее значение для лучшего или худшего качества рождений” имеет “геометрическое число”, которое необходимо знать, определяя самое благоприятное время . для брачной церемонии. Плутарх назвал это число брачным, позднейшие комментаторы — Платоновым.

Какое же свойство или отношение, существующее в реальности (правда, возможно, только в евклидовой геометрии прямых линий), соответствует сакральному смыслу числа “5”? Комментатор этого фрагмента из Платона М. Е. Паев показывал, что “5” соответствует предметному отношению конечного к бесконечному и бесконечного к конечному. Бесконечное порождается конечным (“единица начало всего”), но конечное измеряется бесконечным; конечное подобно бесконечному и потому может быть измерено им; потенциальная бесконечность измеряется бесконечностью актуальной.

Августин Аврелий на основе символики чисел в Библии cоздает христианскую теологию числа, главный постулат которого гласит: числа в текстах священны и полны тайн. В Каббале, использоваршей Ветхий Завет, возникает мистика чисел. Божественная гармония выражается в числах, но бог превосходит как anaritheios (лат. — неисчислимый) все числа.

Священнодействие

Цель священнодействия — контакт со святым. Религиозный человек не удовлетворяется созерцанием святого в пространстве, времени и числах, он хочет соприкоснуться с ним, почувствовать свое единство, чтобы стать сопричастным его силе. Ощутимая форма естественного контакта со святым — участие в культе, который объединяет в себе три ритуала.— очищения, созерцания, или просветления, единения, или обожествления. Эта классификация священных действий совпадает со ступенями мистического пути или восхождения, которые последовательно проходит мистик. Мистика ищет спасения в уходе от мира и всего сотворенного, от всего несовершенного и хочет таким образом приблизиться к единственному, истинному бытию. Человек должен “разрушиться” и тем самым сократить расстояние между конечным и бесконечным, тогда он сам сливается с чем-то божественным. Путь к освобождению является, долгим и, крутым; многоступенчатая дорога ведет к исчезающей вершине единения с Богом. Ее важнейшие отрезки те же самые, что и в ритуале, — очищение, просветление, единение.

Священнодействие предполагает определенную онтологическую модель мира. Первобытный, архаический человек не знает действия, которое не было бы произведено и пережито ранее кем-то другим, и притом не человеком. То, что он делает, уже делалось. Действие обретает смысл, реальность исключительно в той мере, в какой оно возобновляет некое прадействие, совершенное изначально богами, героями или предками. Такая модель и лежит, согласно М. Элиаде, в основе ритуалов.

Классификация священных действий и онтологическая модель мира хорошо соответствуют пониманию феноменологией отдельных ритуалов и герменевтикой ритуальных текстов. Поэтому часто высказываемые в адрес феноменологии упреки в том, что ее модели абстрактны и произвольны, оказываются несостоятельными при исследовании конкретного материала исторических религий.