Психологические предпосылки религии в различных концепциях

Под психологическими предпосылками религии понимаются такие закономерности и особенности психики человека, существование которых становится условием возникновения, закрепления, сохранения и развития религиозных взглядов. Одним из наиболее дискутируемых в связи с этим был вопрос, наличествует ли в человеческой психике априори специфически религиозное, то, что при любых особенностях исторической ситуации и ндивидуального развития сохраняет свою религиозную природу, хотя и выступает в различных формах.

Имеется целый ряд концепций, дающих утвердительный ответ. Так, для многих теологических доктрин была характерна идея о том, что человек наделен некоторым религиозным чувством, изначальной идеей божества. Версией положительного решения являлось понятие нуминозного опыта, как оно представлено у Р. Отто и К. Юнга, — нуминозный опыт есть первоначальный и единственно значимый источник истинной религиозности; религиозность, в основе которой не лежит подобный опыт, — мертвая и ложная; религия во всей полноте своих проявлений (развитая система вероучения, культ, организация) есть производное от опыта. Однако эту предпосылку нельзя считать всеобщей (нуминозный опыт бывает не у каждого), и абсолютно необходимой для любых случаев личной религиозности (которая может основываться на приверженности традиции, власти авторитета, социальной лояльности и т. п.). У. Джемс называл сферу бессознательного источником религиозного опыта, хотя и подчеркивал, что не существует специфически религиозных чувств; бессознательное в этом случае выступает как всеобщая предпосылка, но при отсутствии религиозности она оказывается скрытой, дремлющей, не реализованной. Следует назвать в этом ряду и концепцию С. Грофа, постулировавшего существование “параллельных миров” и заложенную в природе психики способность “трансцендировать” в такие миры (при определенных условиях присущую любому человеку); а также существование в бессознательном более или менее универсальных перинатальных воспоминаний.

Исследователи, отвечавшие категорически отрицательно на поставленный вопрос, считали, что некоторые особенности психики (страх, подавленность, потребность в психологической компенсации, понимании того, для чего пока нет научного объяснения) способствуют возникновению, закреплению и развитию религиозных взглядов. Однако подобные состояния не являются основными детерминантами религии (ими можно считать, например, социальные обстоятельства, классовые интересы, групповую принадлежность), они лишь создают и увеличивает возможность для действия главных причин. По своей сущности они ни в коем случае не являются специфически религиозными, могут обнаруживаться и действовать без всякой связи с религиозными представлениями и обстоятельствами религиозной жизни и проявление их как религиозных является скорее “превращенной формой”, искажением присущей им изначальной природы. Эту точку зрения разделяло большинство отечественных исследователей в последние десятилетия.

Следует вспомнить также взгляд на религию как на дитя невежества, его придерживался, в частности, Д. Юм и многие французские материалисты. Здесь психологические предпосылки религии — стихия душевной жизни, неподконтрольная разуму психология примитивных масс; просвещенный же ум — мыслителя, философа, просто образованного человека — почти автоматически берет подобные проявления под контроль и потому свободен от этого “плена невежества”.