Таким вот образом, устаревшую, однако, существенно перекроеную и перекрашенную, но всё же не до конца вышедшую из моды, доктрину православия, было позаимствовано в коммунистическое учение.

Воспитание…

Первоочередное внимание советское государство уделяло воспитанию подрастающего поколения. Говоря языком попроще – нас воспитывали. Да ещё и как.

Начиналось всё с блаженного возраста, когда детки переступали высокий порог школы. Им предстояло пройти чёткую партийную иерархию, подобной которой история не знает. И первая ступень – это октябрята.

Октябрята – будущие пионеры!

А у пионеров красивые алые галстуки Ты же не дорос. Так что о галстуке на шее да размашистом пионерском салюте мечтать мечтай, но получишь только годика через два с полтиной, при условии хорошей учёбы.

Октябрята – прилежные ребята, хорошо учатся, любят школу, уважают старших.

Мечты, мечты. Октябрята не очень любят учиться, но всё же стараются. Правда получается у всех совершенно по разному. И у многих не слишком хорошо. А в правильных книжках написано, как должно быть. Судите сами.

Даёт ко-ро-ва мо-ло-ко…

Писать нужно грамотно и без помарок.

…Ну проспал я на боку,

А вот это не ку-ку…

Октябрята никогда не должны опаздывать, быть честными и искренними.

Ах ты девочка чумазая,

Где ты ручки так измазала…

Приходить в школу нужно чистым и аккуратным. И главное:

На прививку, первый класс,

Вы слыхали – это нас…

Нужно быть смелым, решительным и непреклонным. Трусам у нас не место!!!

Но и этих слов, оказывается, не вполне достаточно. На стенах, большими буквами, дописаны окончательные напутствия подрастающему поколению: "Учиться, учиться и учиться".

Что касается любви к школе и уважению к старшим, то первое в общем-то никогда так и не было приобретено, а второе ещё не было утеряно, хотя время такой процесс корректировало и направляло в соответствующее русло.

Октябрята – честные и правдивые ребята.

И учили нас честности и сознательности. И примеры приводили разные. Восхищались мы поступками Мальчиша-Кибальчиша, и возмущались предательством Мальчиша-Плохиша. А чего только стоит поучительный пример Павлика Морозова. И это была система. На это равнялись, с соответствующими далеко не радужными последствиями. Об октябрятской, пионерской, комсомольской, партийной и другой честности я ещё скажу в дальнейшем.

Октябрята – дружные ребята, читают и рисуют, играют и поют, весело живут.

Да – в дружбе наша сила. И не какой ни будь показной и неискренней, а настоящей, возвышенной и главное единодушной. Все октябрята одеты почти одинаково, пострижены одинаково и думают тоже по преимуществу – одинаково. Правда, некоторые больше (будущие отличники и хорошисты), а остальные поменьше (будущие троечники и двоечники). И это схема!

Вот и учили нас, как нужно дружить. Ну, например, твой товарищ не сделал домашнее задание. Естественно это грешно. И в виде расплаты он стоит бледный у доски и пытается связать из нечленораздельных звуков, какое ни будь простенькое предложение. Не выходит. А ты мог бы ему подсказать. Твоё-то положение более респектабельное. Во-первых, тебе просто повезло, что вызвали его, а не тебя; и во-вторых, книга – как вместилище истины лежит у тебя на парте распростёршись заданным параграфом вверх. Но ты обязан молчать! И объясняется это очень просто. Твой товарищ, естественно, получит не очень хорошую оценку и принесёт домой в дневнике её следы. Дома папа – потомственный слесарь-водопроводчик четвёртого разряда (допустим), рассмотрит данную ситуацию в различных плоскостях и применит некоторые воспитательные меры, и не исключено, определённого вида воздействия. Что останется твоему товарищу? Ясное дело, с неподдельной самоотверженностью наброситься на не выученный предмет. Не стоит и говорить, что на следующий день его ожидает триумф, когда он в блестящем стиле докажет всем и прежде всего себе, что вчерашнее блеяние около доски было не более чем печальный эпизод, и что нашлись в нём силы осмыслить, и главное исправить свои заблуждения. И теперь он очистившийся торжественно входит в новую, светлую страну знаний, послушания и утренней зарядки. А ты, как истинный друг, встречаешь его там с распростёртыми объятиями, как брата, и с видом некоторого превосходства говоришь: – "Я всегда верил, что ты изберёшь путь истины!"